Десять лет назад, в один из самых холодных декабрьских вечеров, Лена стояла на пороге собственного дома с пятилетним сыном на руках, а за спиной уже захлопнулась дверь, которую открыть больше не позволял выставленный новый замок. Олег, её муж на протяжении семи лет, произнёс тогда слова, которые она запомнила на всю жизнь — не потому, что хотела, а потому что боль от них оказалась настолько глубокой, что вросла в память навсегда. — Ты серая моль, Лена. Скучная, безынтересная, без амбиций. Я устал делать вид, что счастлив рядом с тобой...
Маленькая Дача
— Возвращайся туда, откуда пришла! — бросили сваты. Но человек, вышедший из чёрного лимузина, заставил их замолчать.
Лена стояла перед зеркалом в прихожей своей квартиры, поправляя воротник тёмно-зелёного платья, которое купила специально для этого вечера. Тридцать первого декабря она собиралась впервые встретить Новый год в доме родителей Игоря — своего жениха, с которым познакомилась полтора года назад на выставке цветоводства. Игорь тогда работал менеджером в компании отца, приехал на выставку по делам и, увидев Лену среди её теплиц с орхидеями, задержался дольше, чем планировал. С тех пор они встречались регулярно,...
— Муж подарил, — улыбнулась она, показывая кольцо. Именно его мой любимый недавно назвал потерянным.
Автобус опаздывал уже на пятнадцать минут, и Лена начала замерзать, переминаясь с ноги на ногу возле остановочного павильона. Ноябрьский вечер выдался промозглым, ветер пробирался под тонкую куртку, купленную ещё три года назад на распродаже, и Лена мысленно ругала себя за то, что не взяла с собой шарф. Она возвращалась с работы — вторая смена в кол-центре страховой компании закончилась только что, и впереди её ждала съёмная однушка на окраине города, где она жила вместе со своим женихом Андреем последние восемь месяцев...
На моём дне рождения родственники мужа устроили вечер унижений. Сам муж лишь молча наблюдал.
Зал ресторана «Ливень» был украшен белыми лилиями и гирляндами из мелких лампочек — Лена сама выбирала цветы утром, стоя у витрины флористического магазина и думая, что тридцать лет — хороший повод собрать всех, кого она любит. Столы расставили полукругом, чтобы никто не сидел спиной к сцене, где играл маленький струнный квартет. Андрей, её муж, встречал гостей у входа, пожимал руки партнёрам по бизнесу, целовал щёки знакомым дамам, а Лена в это время проверяла список подарков и рассадку, потому...
Я думала, сын решил показать мне загородный дом. Но он выгрузил мои вещи и протянул ключ от покосившейся избушки.
Галина Петровна продала свою двухкомнатную квартиру в центре города три года назад, когда сын Игорь с невесткой Мариной решили купить просторный пентхаус в новом жилом комплексе. Она вложила все вырученные деньги в эту покупку, объединив свои сбережения с их накоплениями, чтобы приобрести действительно достойное жильё для всей семьи. — Мама, ты же понимаешь, что так будет лучше для всех, — говорил тогда Игорь, убеждая её продать квартиру. — Будем жить вместе одной большой семьёй, ты поможешь с внуками, когда они появятся, а мы позаботимся о тебе в старости...
— У тебя денег много, а моей дочери детей кормить нечем! — заявила свекровь, вытаскивая купюры из моего кошелька.
Марина открыла верхний ящик комода в воскресенье утром, чтобы достать конверт с деньгами, которые копила почти два года на новую машину — ровно двести тысяч рублей, отложенных из зарплаты, премий, подработок на выходных. Конверт был на месте, но оказался абсолютно пустым. Она замерла, не веря собственным глазам, перерыла весь ящик, потом остальные ящики комода, надеясь, что просто переложила деньги в другое место. Но конверт был именно тот, знакомый, потрёпанный по краям от частого использования, только внутри вместо пачки купюр лежал пустой воздух...

